Канат Аширов со своей командой впервые в Кыргызстане провели операцию на сердце, не разрезая грудную клетку

14/12/20, 10:56

Limon.KG - Канатбек Аширов – врач-кардиолог Ошской межобластной объединенной клинической больницы, недавно со своей командой провел уникальную операцию с новой технологией на сердце без разреза грудной клетки. Такая инновационная операция впервые проводится на территории Кыргызстана. В сегодняшнем интервью вы можете прочитать про талантливого врача, который долгое время со своими коллегами стремился внедрить новые методы лечения.

_MG_9872

L. Расскажите о недавно проведенной операции. 

Мы с нашей командой провели операцию – транскатетерную имплантацию аортального клапана. Это операция с применением новых технологий, когда без разреза грудной клетки проводится операция на самом сердце через бедренную артерию, пациенту ставится аортальный клапан. Такая операция в Кыргызстане проведена впервые.

Родственники пациента сами заказали клапан из России стоимостью 1 360 000 рублей. Пациенту 86 лет, диагноз – критический стеноз аортального клапана, это когда вследствие старческих изменений ссужается отверстие из выходного тракта левого желудочка и сердце испытывает перегрузку, так развивается сердечная недостаточность. В течение шести месяцев его состояние прогрессивно ухудшалось. Наш доктор убедил родственников дать согласие на операцию и приобрести этот клапан. Такие операции проводятся большой операционной бригадой, где у каждого есть свои обязанности, за которые он отвечает. В нашей бригаде было задействовано до 10-12 человек, были врачи Ошской межобластной клинической больницы, приглашенные врачи из частных клиник, также специально пригласили нашего давнего партнера из Новосибирска Крестьянинова Олега Викторовича. В целом операцию планировали провести за 2,5-3 часа, но из-за слаженной работы успешно закончили за 1,5 часа.

В команде самому молодому доктору 28 лет, а самым старшим по возрасту был я. На подстраховке и поддержке у нас были кардиохирурги, которые в случае осложнений готовы были взять больного на открытую операцию. Так же был технический специалист, который непосредственно во время операции собирает клапан в специальную доставляющую систему, с помощью которой клапан непосредственно устанавливается в сердце. Были специалисты, которые так же нам очень помогли, например, эхокардиолог, который после имплантации клапана смотрит, правильно ли он поставлен. То есть у каждого члена команды есть своя функция. В любой стране, будь то Россия или Казахстан, сложная операция первый раз проводится вместе с экспертом и длится, соответственно, дольше, чем обычно.  Но наш коллега из России сказал, что мы смогли успешно провести с первого раза.   

Плюсы этой операции в том, что больному не дается наркоз, только местная анестезия, и после операции он мог сразу говорить (больному не проводится разрез грудной клетки со стернотомией, то есть не распиливается грудина). В данном случае мы перевели пациента в палату, а через 15 минут после операции он дал интервью и через сутки ходил по палате самостоятельно.

L. Откуда вы родом? Расскажите, пожалуйста, о себе.

Я родился в селе Отуз-Адыр Кара-Суйского района в 1974 году. Мой отец был аптекарем, мама медсестрой. Я с детства хотел стать врачом и на сегодняшний день могу сказать, что реализовал свою мечту. В 1997 году окончил КГМА, затем прошел интернатуру и с 1998 года работаю в Ошской межобластной больнице, являюсь интервенционным кардиологом. Интервенционная кардиология в нашей стране начала развиваться благодаря Батыралиеву Таланту Абдуллаевичу, он, будучи врачом в Турции, часто призывал молодежь обучаться новым видам лечения. Он специально для ребят из Кыргызстана выбивал различные образовательные курсы по интервенционной кардиологии. Так при его непосредственном участии около 20 врачей, а может и больше, получили возможность обучиться в лучших вузах Турции. Я также в 2011 году прошел обучение по этим курсам.

В 2014 году Талант Абдуллаевич был инициатором закупок ангиографических аппаратов, он мечтал, чтобы в каждой областной больнице нашей республики стоял такой аппарат, и что бы все нуждающиеся люди могли получать высококвалифицированную медицинскую помощь. К сожалению, инвестиций хватило только на 4 аппарата, 1 из них установили в Оше, 1 в Джалал-Абаде и 2 в Бишкеке. Только после полутора лет монтажа мы смогли запустить аппарат. В Бишкеке запустили до нас, так как там была возможность раньше осуществить это. На юге нашей страны граждане получили возможность получать высокотехнологическую медицинскую помощь, такую как стентирование коронарных и мозговых артерий в государственных больницах. С момента внедрения в эксплуатацию ангиографической установки наше отделение начало называться «отделение неотложной кардиологии и рентгенэндоваскулярной хирургии». Нам повезло, что наши руководители активно нас поддерживали и одобряли новые методы лечения. Малоинвазивная хирургия - это новое направление в медицине, за которой большое будущее.

У нас есть договор с Нижним Новгородом, откуда приезжает Серегин Андрей Анатольевич к больным с раком печени, поджелудочной железы, желудка, миомами матки. С ним мы проводили операции эмболизации и химиоэмболизации опухолей, но из-за пандемии с марта мы самостоятельно проводим эти операции.

У меня два сына и две дочери. Старший сын окончит школу в 2021 году, думает стать врачом.

FHD0003

L. Когда другие страны начали проводить такую же операцию?

Первая такая операция была проведена в западных странах в 2002 году, далее в России около 8-9 лет назад, Казахстан также активно этим занимается последние 5-6 лет, но в Туркменистане и Таджикистане такие операции не проводились. Основная причина, почему мы только сейчас начали, это очень дорогостоящая техника. Мы полностью зависим от государства.

L. Как вы думаете, достаточно ли опыта у наших врачей?

Чтобы научиться новым технологиям, обязательно надо обучиться и посмотреть, как это делается в других местах, только затем применять. Это требует больших денег и времени. К примеру, в России или Казахстане многие высокотехнологические операции финансируются государством. Больницам и клиникам выделяются отдельные деньги для такого рода операций и так достигаются определенные результаты. Наше государство тоже выделяет определенные средства, но их крайне недостаточно. Так в прошлом году  нам было выделено всего  5 штук окклюдеров - это запирающие устройства при врожденных  пороках сердца. Но такого финансирования, как в соседних странах, нет.

L. Какие у вас планы на будущее?

У нас много планов, связанных с нашей работой. Например, как я указал выше, при врожденных пороках сердца у маленьких детей мы устанавливаем окклюдеры, нуждающихся в них детей много, но из-за дороговизны окклюдера не все могут их приобрести и поэтому операция проводятся только небольшой доле пациентов. Мы хотим, чтобы такие операции были повседневной работой и предоставлять высокотехнологическую помощь всем нуждающимся. Также мы хотим на нашей базе создать большой кардиологический центр со всеми видами лечения. Мы  совместно с администрацией больницы делаем определенную работу в этом направлении. Допустим, при поддержке Научно-исследовательского института хирургии сердца и трансплантации органов (НИИХСТО) в нашей больнице начали проводить регулярно открытые операции на сердце раз в 3-4 месяца, а хотелось бы на постоянной основе и на мировом уровне.

L. Что бы вы могли посоветовать людям в связи с пандемией?

Все гениальное простое, главное - социальная дистанция, избегать массовых скоплений и носить маски, это и убережет многих, но, к сожалению, наши граждане не стремятся к этому. Неохотно соблюдают меры предосторожности и из-за этого не падает высокая заболеваемость. Нужно соблюдать элементарные правила.

L. Кыргызстан потерял много врачей и медицинских работников из-за пандемии и в частности во время июньских событий. Почему же так произошло? 

Скажу по нашей больнице, что на июнь месяц у нас были и хватали все средства защиты. Но это новая болезнь, наш мир впервые столкнулся с таким вирусом, а медики в силу своей профессии остались на передовой в борьбе с ним. А на передовой, как известно, самые большие потери. Возможно, некоторые медики недооценили тяжесть болезни, сказались высокая вирусная нагрузка и переутомление. Даже если ты не работаешь в красной зоне, у врачей, не зависимо от специальности, высокий риск контакта с потенциально инфицированными и, возможно, заразными больными. К тебе приходят родные, знакомые, соседи, и ты не можешь отказать им в помощи и лечении.

L. У вас есть ученики?

Что касается кардиологии, да, в этом направлении есть 2-3 человека, которых я мог бы назвать учениками. А что касается интервенционной кардиологии, то эта отрасль относительно молодая. В южном регионе этим занимается всего несколько человек, я просто старший из всех. И мы почти одновременно начали свою деятельность. У кого-то что-то получается лучше, чем у других, и мы стараемся в первую очередь учиться друг у друга, а так же вместе с коллегами стараемся внедрять новые виды лечения из тех центров, где мы проходили обучение.

_MG_9741

L. Вы не хотели бы работать за рубежом?

Когда выезжаешь за рубеж, бывает, хочешь там остаться. Наши некоторые специалисты заграницей занимают довольно высокие позиции, и они предлагают помощь в трудоустройстве. Но у меня здесь пожилые родители, семья и патриотические чувства. И я всегда себе говорю: «Почему бы это не делать у нас?»

L. Что можете посоветовать нашим читателям?

В этой жизни нужно быть оптимистом. Надеяться на лучшее. В трудные времена это и помогает выживать. Молодым людям - выбирать будущую профессию, исходя из своих внутренних желаний. Всех с наступающим Новым годом.

Данная статья является интеллектуальной и авторской собственностью интернет-издания Limon.KG. Перепечатка материала с сайта невозможна без письменного разрешения редакции.

Популярное

Понравилась статья?
Поделись с друзьями

Популярное видео

Посмотреть еще

Следите за нашими публикациями оперативно в Twitter и Facebook
Закрыть