«Скафандр и бабочка» - книга, написанная глазами

06/10/15, 09:21   |  Просмотров: 12205

Limon.KG - Автор книги – главный редактор французского ELLE – в 43 года пережил инсульт, после чего оказался полностью парализованным. Двигаться мог только глаз, с помощью которого он создал книгу, ставшую бестселлером.

«Скафандр и бабочка» — автобиографическая книга Жана-Доминика Боби, опубликованная в 1997 году. Книга была экранизирована в 2007 году.
Жан-Доминик Боби – французский журналист, писатель, сценарист и главный редактор журнала Elle France. Красивый и богатый мужчина, который может многое себе позволить и, что естественно, позволяет.

evan_The-diving-bell-and-the-butterfly-L

8 декабря 1995 года в возрасте 43 лет он перенёс сильнейший инсульт. Через двадцать дней Боби вышел из комы и обнаружил, что у него парализовано всё тело, кроме левого глаза. Заболевание Locked-in syndrome (бодрствующая кома) – редкое; как выразился сам Жан-Доминик, «шансов угодить в эту дьявольскую ловушку столько же, сколько выиграть суперприз в лото».

Боби морганием левого глаза надиктовал книгу, которая мгновенно стала бестселлером и разошлась огромными тиражами по всему миру, получая положительные рецензии от критиков и восторженные отзывы читателей.

Книга создавалась необычным способом два месяца, с июля по август 1996 года. Врачи в клинике придумали специальный алфавит для Боби, в котором буквы располагались по частоте их использования во французском языке:

E S A R I N T U L O M D P C F B V H G J Q Z Y X K W

312bff10bc2a52006e52bb2db5adc44c_900_0

Ассистентка Боби Клод Манабиль медленно читала буквы в этом порядке, пока Боби, моргнув глазом, не останавливал ее на той букве, которую она должна была записать. Для рождения этой книги понадобилось более 200 000 морганий.

В 2007 году была снята одноименная экранизация «Скафандра и бабочки», которая имела не меньший успех и стала обладателем многих наград и премий: две премии «Золотого Глобуса», две премии «Сезар», два приза Каннского кинофестиваля, две премии «Люмьер», премия BAFTA, приз «Золотая лягушка» фестиваля операторского искусства Camerimage.

the-diving-bell-and-the-butterfly-2

Вся книга состоит из небольших новелл с лаконичными названиями, логически связанных друг с другом. Автор обращается к читателю напрямую, делясь, но не жалуясь, своими мыслями и чувствами, мечтами, страхами, фантазиями. Все произведение пропитано острым юмором и легкой печалью, а также страстной любовью к жизни. Если вам понравился фильм «Неприкасаемые» с Омаром Си и Франсуа Клюзе в главных ролях, будьте уверены: вы непременно влюбитесь в «Скафандра и бабочку».

Цитаты из книги:

«Ежедневно после сеанса вертикализации санитар привозит меня из кинезитерапевтического зала и ставит рядом с моей кроватью, дожидаясь, когда помощники придут снова уложить меня. И так как к тому времени уже наступает полдень, санитар нарочито жизнерадостно бросает мне: «Приятного аппетита», прощаясь до завтра. А это все равно, что 15 августа пожелать счастливого Рождества или в разгар рабочего дня доброй ночи!»

«С течением времени вынужденное одиночество позволило мне обрести определенный стоицизм и понять, что больничные люди делятся надвое. Большинство из них всегда пытаются уловить мои просьбы о помощи, а другие, менее ответственные, притворяются, будто не видят моих сигналов бедствия. Таков, например, тот болван, который выключил футбольный матч Бордо — Мюнхен на половине игры, наградив меня безжалостным пожеланием: «Доброй ночи».

«Она уснула. У нее была удивительная способность мгновенно погружаться в спасительный сон, когда ситуация ей не нравилась».

«С тех пор мы больше не виделись. Я не покидаю свой курорт в Берке, а ему в девяносто два года ноги не позволяют спускаться по величественным лестницам его дома. Мы оба, каждый на свой лад, locked-in syndrome: я — в своем «скафандре», он — на четвертом этаже своего дома».

«За неделю у Венсана появлялось с десяток грандиозных идей: три замечательные, пять хороших и две катастрофические. Моя роль заключалась в том, чтобы хоть немного обуздывать его неугомонный характер, ибо ему немедленно хотелось видеть воплощенным в жизнь все, что приходило в голову».

056c003844f3f59b0c4b364ea4b2f3ac_900_0

«Во время учебы в парижском лицее, где я износил первые свои джинсы, мне довелось общаться с долговязым красномордым парнем по имени Оливье, чья склонность фантазировать делала наше знакомство весьма приятным. С ним не было надобности ходить в кино. В понедельник он заставал нас врасплох своими рассказами об уик-энде, достойными «Тысячи и одной ночи». Если он провел воскресенье не с Джонни Халлидеем, то лишь потому, что был в Лондоне на просмотре нового фильма о Джеймсе Бонде или ему дали покататься на «хонде». Сирота в десять часов утра, единственный сын в обед, во второй половине дня он мог отыскать четырех сестер, одна из которых — чемпионка по фигурному катанию. Что касается его отца, в действительности добропорядочного чиновника, то в зависимости от обстоятельств он становился либо изобретателем атомной бомбы, либо импресарио «Битлз», либо тайным сыном де Голля».

«В этом и кроется одна из загадок нашей профессии: над сюжетом работают несколько недель, он проходит через самые опытные руки, и никто не замечает промаха, очевидного даже для начинающего журналиста с двухнедельным стажем».

0371fba1c875d5c9e9e31700c11

«Когда над пляжем пролетает самолет, демонстрируя рекламное полотнище регионального парка аттракционов, мне начинает казаться, что к моей барабанной перепонке подсоединили кофемолку. Однако это лишь недолгий шум. Гораздо больше раздражает постоянный гул, который доносится из коридора, если, несмотря на все усилия привлечь внимание окружающих к проблемам моих ушей, кто-нибудь забывает закрыть дверь. Каблуки стучат по линолеуму, каталки сталкиваются, разговоры перекрывают друг друга, санитары перебрасываются словами, причем голоса их похожи на голоса биржевиков в день ликвидации, включается радио, которое никто не слушает, и, заглушая все, электрополотер дает звуковой прообраз ада. Я знаю таких, чье единственное удовольствие — без конца слушать одну и ту же кассету. У меня был очень молодой сосед, которому подарили плюшевую утку, снабженную новейшей системой обнаружения. Она издавала пронзительные, назойливые звуки музыки, как только кто-нибудь входил в палату, то есть восемьдесят раз на дню. К счастью, юный пациент отправился к себе домой, прежде чем я начал приводить в действие свой план уничтожения утки».

«Ну вот и клиника. Люди бегают туда-сюда. Меня, почти бесчувственного, усаживают в кресло на колесиках. Дверцы «БМВ» мягко захлопываются. Кто-то сказал мне однажды, что хорошие автомобили узнаются по этому звуку. Меня ослепляет неоновый свет коридоров. В лифте незнакомые люди стараются подбодрить меня, а «Битлз» приступают к финалу «А day in the life». Пианино падает с шестидесятого этажа. До того, как оно разбилось, у меня успевает промелькнуть последняя мысль: надо отменить театр. Хотя в любом случае мы все равно опоздали бы. Ничего, пойдем завтра вечером. Кстати, куда подевался Теофиль? И я погрузился в кому».

Жан-Доминик Боби

BaubySonsMOS_468x324

«В кармашке через приоткрытую застежку-молнию я замечаю ключ от номера в гостинице, билет на метро и сложенную вчетверо стофранковую бумажку — это что-то вроде предметов, доставленных отправленным на Землю космическим зондом для изучения образа жизни, передвижения и торговых обменов, принятых у землян. Картина эта повергает меня в растерянность и задумчивость. Есть ли в космосе ключи, чтобы отомкнуть мой скафандр? Линия метро без конечной остановки? Достаточно крупная монета, чтобы выкупить мою свободу? Надо поискать где-то. Иду туда».

Жан-Доминик Боби умер спустя 10 дней после выхода его книги в свет.

Данная статья является интеллектуальной и авторской собственностью интернет-издания Limon.KG. Перепечатка материала с сайта невозможна без письменного разрешения редакции.
Поделись своим мнением

Обсуждаемое в соцсетях